wpthemepostegraund

«Для меня вчера начался новый этап жизни»: речь Михаила Абызова в суде

Источник: forbes.ru

Для меня вчера начался новый этап жизни, новая система координат. Сегодняшнее судебное заседание во многом для меня необычно, я в полной степени не могу ориентироваться, в том числе в своих правах и обязанностях, но я быстро учусь и буду вам доставлять меньше хлопот с процессуальными отклонениями.

Спасибо, что дали возможность высказаться. Я хотел бы, во-первых, поблагодарить своих друзей, родных, поручителей, для меня очень приятно и большая честь, что такие люди обратились к суду с поручительством и с просьбой об избрании мне меры пресечении отличной от содержания под стражей. Здесь говорилось о том, что у нас со следствием разные цели… У нас с вами цель одна: установить в ходе этого процесса и уголовного расследования истину — я в этом заинтересован и ничуть не меньше — с тем, чтобы доказать свою невиновность и защитить свою репутацию

И в этой связи я понимаю всю ответственность за соответствующие объективные и ложные показания и я еще раз хочу подтвердить, что при определении меры (…) пресечения я буду всячески содействовать следствию для того, чтобы выяснить истинные обстоятельства уголовного дела.

С другой стороны, я понимаю, что следствием выбрана (…) логика: характеристики деяний, изложенных, по мнении следствия, в материалах уголовного дела по двум уголовным статьям. 159 — это экономическая статья — мошенничество в особо крупном размере, с другой стороны, 210 статья  и предъявленное мне обвинение характеризуют меня как человека который организовал преступное сообщество и руководил им с целью совершения целого ряда преступлений. Эта статья, на тяжесть которой следствие упирает, предусматривая санкцию в виде лишения свободы от 15 до 20 лет в случае признания обвиняемого виновным.  Очевидно, что следствие использует тяжесть предъявляемой статьи с тем, чтобы в том числе на данном этапе, с моей точки зрения, оказать давление на рассмотрение материалов в суде при определении меры пресечения в виде содержания под стражей.

С другой стороны я понимаю, что сегодня рассматривается вопрос исключительно связанный с процедурными моментами — а именно, определение меры пресечения. Тем не менее, хотел бы обратиться к содержанию, на основании которого мне вменяется столь серьёзное преступление и столь суровая статья.

Я в подтверждение своих доводов следствию в материалах, с которыми я только сейчас, к сожалению, ознакомился, которые, возможно, не полностью раскрывают фабулу обвинения. Тем не менее, следствие утверждает, что я стал лидером и организатором преступного сообщества на основании оперативной разработки, в рамках которой зафиксирован мой звонок другому обвиняемому по данному делу – Степанову Николаю Владимировичу. И даже не ему — а охраннику, который должен был обеспечить встречу с ним. Я не отрицаю, что знаю Степанова много лет, он мой друг, друг моей семьи, и не считаю факт контакта с ним подтверждающим мои действия, направленные на создание преступного сообщества. Иных доказательств, с указанием моей фамилии, а также показаний конкретных свидетелей, пострадавших, потерпевших в деле не присутствует. За исключением того, что есть в открытой печати. С другой стороны, потерпевшие и пострадавшие, которые заявили и обратились с соответствующим заявлением в компании, в публичные компании, в открытые акционерные общества, в которых они владеют тысячными долями процента собственности. Следуя этой логике в рамках любой публичной компании любой миноритарный акционер может обвинить в экономическом преступлении, если считает, что совершенная сделка ему не выгодна. Это во-первых. А во-вторых, обвинить руководителя компании Ru-Com ( я ошибочно там указан как генеральный директор, хотя никогда им не являлся, я был председателем совета директоров, который не ведет хозяйственную деятельность в силу своего положения по уставу ). Получается, что любой человек, который купил одну акцию в АО, может дальше предъявить своему руководству  обвинения в организации преступного сообщества, потому что кто-то с кем-то контактирует?

Я призываю суд обратиться к этому и посмотреть на это, не только с некоторой формальной точки зрения, но и с объективной точки зрения — какое государство мы строим на сегодняшний день и какую экономику мы развиваем?

Есть заверения руководителя государства, что экономические статьи не должны подвергаться репрессиям, а также мере пресечения в виде содержания под стражей.

Я понимаю ( ..) следствие, Ваша честь. У них есть свое направление, в рамках того, как они за последнее время работают, привыкли действовать, и я не осуждаю никого. Решение о том, какую меру пресечения избрать, подтвердит не обвинение, принимает суд, который в рамках состязательности сторон — обвинения, следствия, защиты— должен принять взвешенное решение.

Я обращаюсь к вам, чтобы вы взвесили не только формальные обстоятельства дела, но и содержательные обстоятельства, которые сегодня представлены. (….) С 18 января 2018 года (оговорка, вероятно имеется в виду 2012 год. — Forbes), когда я вступил в должность советника президента российской федерации и до июня 2018 года я находился на государственной службе. Важна позиция защиты, которая говорит: дайте четкие обстоятельства, при которых обвиняемый совершил преступление, которое ему вменяется — и организация преступного сообщества и мошенничество, потому что что в этот период, когда эти преступления были совершены, я находился на государственной службе, в рамках которой запрещено заниматься любой предпринимательской деятельностью, необходимо передать все свои акции в доверительное управление, что в рамках закона я строго сделал и строго соблюдал, что  подтверждалось неоднократными проверками соответствующих государственных инстанций, которые отвечают за соблюдение закона о государственной службе.

Если следствие скажет, когда и в какой момент времени… какие противоправные действия я осуществил, легко проверить, где я находился, потому что я находился и работал в формате режимного объекта. Это могут подтвердить абсолютно независимые… в том числе представители правоохранительных органов.

Не буду занимать ваше время… но у следствия почему-то нет паспортов заграничных, с которыми я могу скрыться. Я, может, что-то неправильно понял, но вчера я передал два своих паспорта и не имею никаких гражданств, видов на жительство и других документов, которые могут позволить мне пересечь границу Российской Федерации. Если следствие ими располагает, значит… они были потеряны. Но я полагаю, что все, что необходимо сдать, я сдал. Я еще раз заверяю суд и лично Вас, Ваша честь, что не собираюсь скрываться от следствия, не собираюсь оказывать никакого давления на свидетелей и других участников процесса. Я обязуюсь взаимодействовать со следствием, оказать ему содействие в рамках событий, в рамках действий, преступлений, которые следствие считает совершенными, с тем, чтобы найти истинные обстоятельства и защитить свое честное имя.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.